?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Next Entry
Ева фон Тротт. Дважды погребенная.
joeck_12
И снова Вельфы...
Сегодняшняя история написана более в художественном, чем в документальном стиле. Даты, герои и происходящие события РЕАЛЬНЫ, а художественные детали выдуманы автором Elisabeth E.Kwan. Я лишь перевела текст, предварительно обработав и "сжав" его.
Итак...

Главные действующие лица:

  • Генрих II младший, герцог Брауншвайг-Вольфенбюттельский (1489-1568)

  • Мария Вюртембергская, супруга герцога (1496-1541)

  • Ева фон Тротт, любовница герцога (1506-1567)


Ева фон Тротт:

eva_2.jpg

1522 год.
Место действия: Замок Вольфенбюттель в Нижней Саксонии.

...Герцогиня Мария вышла из темной часовни и ладонью прикрыла глаза от солнца, чтобы получше рассмотреть, чья это повозка, грохоча по цепному мосту, въезжала во двор замка Вольфенбюттель. На дверях повозки она заметила герб фон Троттов – старинного рыцарского рода из Гессена. С помощью кучера оттуда выбралась девушка лет 16-17. Взгляд ее скользнул по вымощенному камнем двору, по вздымавшимся ввысь грозным стенам замка и множеству окон. Среди группы стоящих поодаль дам она безошибочно угадала хозяйку замка. «Вы, должно быть, Ева фон Тротт из Гессенa?» Девушка присела перед герцогиней в реверансе и потупила взгляд: «К Вашим услугам, Ваша светлость!»



Придворные дамы с любопытством рассматривали новенькую. Девушка была рослая, круглолицая, с тонким носом и наивным детским взглядом. Одета она была в ладно скроенное дорожное платье из хорошей ткани. Из-под капюшона выбивались темные локоны.

И Ева с интересом рассматривала хозяйку замка. Перед ней стояла начавшая преждевременно стариться женщина с печальным лицом. Ева застенчиво улыбнулась герцогине, и та решила, что новенькая наверняка будет покорной, а не такой строптивой гордячкой, как некоторые ее придворные дамы. «Добро пожаловать! Фройляйн фон Штайнберг покажет тебе твою комнату.»

Так в те времена выглядел замок Вольфенбюттель:

WBSchloss.gross.jpg

Ева последовала вслед за дамами в темные прохладные лабиринты замка. В комнате на третьем этаже все оказалось готовым к ее прибытию: кровать, комод, два стула и маленький стол. Отодвинув льняную занавеску, Ева глянула из окна на противоположное крыло замка. „Видишь вон те шесть окон? Это опочивальня герцога и его жены. Но герцог на войне, за последние три года мы его почти не видели.» Герцог Генрих II Брауншвайг-Вольфенбюттельский затеял «хильдесхаймскую междоусобицу» и, хотя он сам был католиком, оттвоевал у католического епископа Хильдесхайма значительные территории.

Герцог Генрих:

henry_ii__duke_of_brunswick_wolfenbuttel_1489-1568_painted_ca1552.jpg

При дворе Еву приняли хорошо. Трижды в день она вместе с герцогиней и другими придворными дамами ходила в часовню замка, просила господа бога послать победу герцогу и наказать этого еретика Мартина Лютера, чье вредоносное учение распространялось, как чума, ввергая немецкие земли в беспорядки и хаос. В последобеденное время дамы собирались за вышиванием, вязанием и обсуждением последних новостей. Здесь Ева узнавала много интересного - о ситуации в стране, о настроениях в народе, и врагах герцога, о строптивом городе Брауншвайге, не желавшем подчиняться своему правителю герцогу. И, конечно, кумушки перемывали косточки обитателям замка. 34-летнего герцога не любили из-за его непредсказуемого темперамента – он мог мгновненно сменить милость на гнев, и тогда спасайся кто может. Герцогиню считали терпеливой и мягкой, ее жалели, потому что супруг не оказывал ей должного уважения, положенного ей по статусу.

Герцогиня Мария Вюртембергская:

marie_wuertt.jpg

Во время этих посиделок кто-то из дам всегда стоял на страже у двери. Если приближалась герцогиня, то дамам давался знак, и все сразу смолкали и углублялись в рукоделие. Герцогиня говорила редко, но все знали, что у нее на душе...После смерти сына-первенца у нее родились три дочери, а супруг ждал наследника...

После нескольких недель пребывания Евы в замке появился герцог. Замок тут же огласился его громким голосом и раскатами хохота. Вскоре Еву представили ему. «А-а, Троттин! Добро пожаловать в мой замок!» и повернулся к герцогине: «Ее брат спас мне жизнь ценой своей собственной! Будьте добры к ней!» И, снова внимательно посмотрев на Еву, приветливо улыбнулся ей...В этом взгляде было что-то, что заставило девушку смутиться...Герцог произвел на нее впечатление волевого, деятельного и властного мужчины. Именно таким она представляла его себе по рассказам...Вполне верилось, что он мог быть как ласковым, так и жестоким, что он способен быть беспощадным ко всем, кто попадался ему на пути – будь то враг, бывший союзник или население в захватываемых им деревнях.

...При тусклом мерцании свечи Ева переодевалась перед сном в ночную рубашку. Затем по привычке девушка выглянула из окна во двор...А одном из светящихся окон напротив она увидела очертания фигуры герцога, судя по всему, всматривавшегося в окна на ее стороне. Ева испуганно задернула занавеску.Отныне она каждый вечерой исподтишка наблюдала за его окнами.Но еще раз увидела она его в окне лишь однажды – когда он ожесточенно жестикулировал, видимо, споря о чем-то с супругой.

Следующая встреча с герцогом Генрихом произошла случайно в длинном пустынном коридоре замка. Ева сделала книксен. Герцог остановился, рассеянно посмотрел на нее и спросил, тоскует ли она по родному Гессену. Она, заикаясь от волнения, ответила, что уже освоилась на новом месте, и что Ее Светлость очень добра к ней. Герцог задумчиво коснулся рукой ее щеки и пошел дальше. Ева была совсем сбита с толку...

Ева фон Тротт (изображение из одного их романов о ней):

eva_1.jpg

Как-то вечером Ева вышла в маленький сад за замком, чтобы вдохнуть свежего воздуха. Вокруг не было ни души...Вдруг как из-под земли перед ней вырос герцог. Не промолвив ни слова, он потащил ее в чащу кустов и стал исступленно целовать, одновременно нащупывая своими опытными руками ее бедра под слоем юбок и преодолевая ее слабое сопротивление. С этого момента она навсегда покорилась его воле.

Жизнь Евы изменилась...На послеобеденных посиделках она стала молчаливой и более прежнего внимала разговорам и сплетням, прислушиваясь к малейшим замечаниям и репликам, стараясь понять, известно ли людям о ее тайне. Ведь в замке даже стены имеют глаза и уши. Но судя по всему связь Евы с герцогом Генрихом пока оставалась незамеченной. Ночами он приходил к ней в комнату и часто оставался до утра. Она стала реже посещать молельню и совсем перестала ходить на исповедь...Затем она осторожно начала интересоваться темой беременность и роды, снова и снова переводила разговоры на эту тему. Похоже, никто не замечал ее «интересного» положения – она умело скрывала округлившийся живот под одеждой.

Однажды Ева попросила свою госпожу отпустить ее ненадолго в Гессен повидать родителей. Какое совпадение, что и герцог «случайно» ехал в ту же сторону и вызвался подвезти ее часть пути!

Но поездка закончилась для обоих, едва успев начаться. Через полдня пути они остановились в замке Штауфенбург, расположенном на краю горного массива Харц, в стороне от больших дорог. Этот затерянный среди холмов и густых лесов замок принадлежал некогда бабушке герцога Элизабет и после ее смерти пустовал. За долгие годы проживания в замке старая герцогиня (умершая между прочим в весьма преклонном возрасте почти 100(!) лет) превратила холодный неприветливый замок в уютное гнездышко.

Замок Штауфенбург:

Stauffenburg.jpg

В замке проживало всего несколько слуг, присматривавших за порядком. Все они были посвящены в тайну пары, с них под страхом наказания была взята клятва хранить молчание. Заботу о Еве вверили жене смотрителя замка Дедекина, «долговязой Меттель», она же в июле 1524 года принимала у Евы роды, в результате которых на свет появился крепкий здоровый младенец. Мальчика, которого Меттель выдала за своего сына, крестил капеллан соседнего городка Гиттельде. По наказу герцога мальчика назвали Генрих Тойерданк (Heinrich Teuerdank).

Шесть недель спустя Ева вернулась в замок Вольфенбюттель. Игра продолжалась...Ева снова сопровождала герцогиню в часовню, но не осмеливалась смотреть ей в глаза. Нет, перед герцогиней совесть ее была чиста. Герцог управлял герцогством милостью божьей и стоял первым после Бога. Жизнь и смерть подданых находилась в его руках. Его слово имело силу закона, и возражать ему нельзя. И если герцог выбрал Еву служить ему сердцем и телом, то, значит, на то воля божья. Девушка чувствовала себя этакой Девой Марией, которая среди многих была удостоена чести выполнять достойную миссию - служить своему господину. Но вот только...она сильно страдала от того, что ей некому было излить душу...Генрих крепко-накрепко приказал ей держать их отношения в тайне. Ведь многие люди посчитают их любовь греховной, и это сильно осложнит им жизнь...

В следующие четыре года герцогиня Мария родила супругу троих сыновей (1525, 1527, 1528). У младшего, Юлиуса, от рождения были недоразвиты ступни ног, он так и не научился толком ходить, из-за этого его впоследствии часто носили в паланкине. Но герцог считал, мол ничего страшного, младший сгодится для церкви, а из старших он сделает доблестных солдатов. Поэтому младшему сыну Юлиусу герцог уделял очень мало внимания (и,как мы узнаем ниже, зря,  учитывая высокую смертность и частые войны).  Своего бастарда Генриха Тойерданка он послал вместе со старшими законными сыновьями обучаться военному делу.

Замок Вольфенбюттель- резидения герцога Генриха, где он родился и умер:

wolfenbuettel_schloss_1700.gif

В 1529 году Ева снова оказалась в «интересном» положении. И снова она попросила у госпожи позволения «проведать родителей» в Гессене. И снова путь ее лежал в замок Штауфенбург....Ей было больно видеть, что пятилетний старший сын не узнал ее, она была ему абсолютно чужой. Ева родила девочку, которую крестили под именем Цифра (Zifra), но та прожила всего две недели. И снова Ева вернулась в замок к своим обязанностям. На этот раз ей показалось, что за ней наблюдают, а когда она входила в общую комнату, дамы умолкали и в полной тишине принимались усердно вышивать. Она рассказала о своих подозрениях Генриху, но он лишь посмеялся над ее мнительностью. Да его супруга первая бы устроила ему сцену, если бы что-то стало известно!

Через год снова пришлось в очередной раз отправляться в Штауфенбург. Прощание со двором было напряженным и неприятным. Новорожденную дочь, которую назвали Бранзифрой (Bransifra), "удочерили" писарь с женой. Капеллан соседнего с замком городка Гиттельде, крестивший двух старших детей, заподозрив неладное, отказался сделать это снова. Пришлось искать ему замену.

Руины замка Штауфенбург в наше время. "Если бы камни могли говорить..."

ruine-stauffenburg-1cc0a97f-ffca-483e-a803-419a070c0e54.jpg

Возвратившись в Вольфенбюттель, Ева уже явно начала слышать шепот за спиной. Герцогиня не удостаивала ее даже взглядом. Еве было не по себе. Каждую минуту ей казалось, что за ней наблюдают. Когда Генрих проводил у нее ночь, ей слышались шорохи и шепот под дверью. Когда Ева забеременела в четвертый раз, обоим стало ясно, что нужно искать какой-то другой выход....

У резчика по дереву из Брауншвайга была заказана «посмертная» маска Евы, которую тайно привезли в Вольфенбюттельский замок. И Ева снова отправилась «навестить родителей». По пути она остановилась в городке Гандерсхайм, где ее уже ожидали «долговязая Меттель» и посвященная в тайну сиделка. В Гандесхайме Ева инсценировала недомогание, ей становилось «все хуже и хуже». Меттель и сиделка не отходили от постели «больной». Меттель заверила бургомистра Гандесхайма, что у Евы налицо все симптомы чумы, которую она, вероятно подхватила в пути. Навряд ли она выживет, а пока никто не должен к ней приближаться. Тем временем женщины смастерили из тряпок и соломы куклу ростом с Еву. На следующий день было заявлено о кончине Евы фон Тротт. В гроб положили куклу и полностью покрыли ее покрывалом - согласно «санитарным» предписаниям тела всех умерших от чумы должны были непременно быть покрыты. Очертания посмертной маски под покрывалом напоминали черты лица Евы. Отпевали «покойную» в церкви францисканцев. Под траурные песнопения и дым ладана монахи закрыли гроб и отнесли его на кладбище, где «тело» было предано земле.

А Ева тем временем сидела в монастыре в платье служанки и, холодея от осознавания происходящего, слушала погребальный колокольный звон по себе самой. На следующий день она в сопровождении Меттель, стараясь остаться незамеченной, отправилась в Штауфенбург, где ей предстояло отныне жить.

руины Штауфенбурга:

stauffenburg-70b8b478-982b-4ca1-9526-4eaf94f4334f.jpg

В Вольфенбюттеле тоже царил траур по бедной Еве, которая ушла из жизни такой молодой. Сразу же отправили печальную весть ее родителям. Им также отослали на память сундучок с личными вещами их дочери.

Теперь Ева была «живым мертвецом». Если бы кто-то из знавших увидел ее, то принял бы ее за привидение. Постепенно ей становилась понятна вся безысходность ее положения. Она жила в Штауфенбурге в полном уединении. Кроме 3-4 служанок в ее тайну были посвящены управляющий замка и писарь. Но, видимо, несмотря на угрозу жестокого наказания кто-то из них не смог удержать язык зубами, потому что по окрестностям поползли сплетни, подпитываемые все новыми и новыми слухами..."Для кого в замок регулярно доставляют книги, дорогие ткани и вина, если там живет только прислуга?" "Говорят, там ночами появляется привидение". Слухи ходили не только в соседнем Гиттельде, а распространялись по всей стране. «Говорят, там живет любовница герцога, которая родила от него пятеро детей»... «Да нет, еще хуже – несколько любовниц, и от каждой по пятеро детей»... «Там видят по ночам женщину в белом»...А когда в окрестностях Гиттельде нашли тело охотника с переломанным позвоночником, приписали все это «женщине-привидению из замка»...

В год своей «смерти» (1533) Ева в четвертый раз стала матерью. Дочь назвали Сидонией. Через год появился сын Александр, а еще через год – сын Айтель Генрих (Eitel Heinrich). Седьмой ребенок, Симон, умер вскоре после рождения. Дочь Ева, восьмой ребенок, выжила.

Если позволяла погода, Ева, одетая в белое платье, часто играла с детьми в маленьком дворе замка. Как ей хотелось побежать в лес, вдохнуть лесного воздуха, поиграть там с детьми в прятки, нарвать цветов на лугу.... Бремя заточения угнетало ее все больше и больше. Ей не с кем было поговорить по душам. С неграмотной прислугой говорить было особо не о чем, а писать письма ей было некому.

Герцог появлялся и уезжал, его визиты были все короче, ведь он не мог себе позволить «исчезнуть» на долгое время. В стране было неспокойно...Немецкие земли лихорадило от Реформации, войн и передела церковных земель. Генрих оставался католиком, в то время как город Брауншвайг (непокорная столица его одноименного герцогства) стал лютеранским. Также все его кузены из сопредельных герцогств и княжеств  уже перешли в веру Лютера. И лишь Генрих управлял своими владениями по старинке, придерживаясь католичества. Он на всю жизнь остался верен вере предков и поддерживал императора-католика.

Брауншвайг был в 16-м веке наряду с Парижем и Гентом самым неспокойным городом Европы.

Unbenannt-1 Kopie.jpg


Бывший монах Мартин Лютер, возымевший огромное влияние по всей Европе, узнал о двойной жизни Генриха и стал критиковать его в своих проповедях и памфлетах, как грешника, развратника, угрожая ему карой господней.

Капеллана из Гиттельде, который в проповедях обвинял герцога в разврате и грехах, герцог прогнал и назначил на его место верного ему человека. Кстати не только разврат вменялся ему в вину. "Мнимая смерть"  считалась тоже страшным грехом и богохульством.

Вскоре памфлеты, слухи и сатирические песенки о Генрихе дошли и до герцогини Марии. И ей стало ясно, чем занимается в свободное время ее супруг и куда он часто отлучается. Особенно больно было для нее, ревностной католички, что вся эта информация приходила из «стана врага» – лютеран. Мария была супругу верной спутницей жизни, она родила ему одиннадцать детей, пятеро из которых умерли в юном возрасте. Но она не видела должного уважения к себе и всегда была для него пустым местом. Он и материально держал ее в черном теле, ее пища мало отличалась от пищи прислуги. А тут еще он завел вторую семью. Герцог посмеялся над высказанными ею обидами. Но когда Мария начала настаивать на вскрытии «могилы» Евы фон Тротт и обыске замка Штауфенбург своими людьми, он испугался не на шутку и велел тайно перевезти Еву с детьми из Штауфенбурга в более отдаленный замок Либенбург, который он некогда в ходе «хильдесхаймской междоусобицы» отжал отвоевал у католического епископа Хильдесхайма.

В Либенбурге, новом месте заточения, Еву снова ожидало одиночество. Снова ее личность и местонахождение держались под строгой тайной. Здесь она родила очередного ребенка – дочь Катарину.

Герцог добился позволения римского императора (в то время правил Карл V Габсбург, сын Хуаны Безумной и Филиппа Красивого) дать своим детям от Евы фамилию «фон Кирхберг».

Сохранившаяся средневековая часть замка Либенбург.

1280px-Burg_Liebenburg_Hausmannsturm_von_unten.jpg

В то время как Штауфенбург был плотно окружен лесом, вид из окон замка Либенбург простирался на бесконечные холмы и долины... Эти дали будили в Еве тоску по свободе...Ее очень тяготило положение пленницы... Девять лет она считалась мертвой. Девять лет ее оплакивали родные. Правильно ли она поступила, подчинившись некогда воле Генриха? А тот ли он, кем она его считала – доблестным героем, всегда принимающим единственно верное решение? А, может, это ложь, что его воля является волей божьей? Неужели это правильно - сделать ее пленницей в заточении ее на долгие годы ради своих любовных утех? Она читала о гаремах восточных султанов, где женщины заперты, как куры, и их единственная задача – ублажать своего господина. Султан каждый вечер выбирает себе новую наложницу и ведет ее в свои покои. Раньше Ева возмущалась таким обращением инородцев с женщинами, но разве она сама не находилась в положении наложницы гарема? Разве не интересуют герцога лишь плотские утехи с ней? Впервые Ева с солидарностью подумала о герцогине Марии – а каково ей, с таким мужем? Она тоже проводила большую часть времени в одиночестве, тоже рожала и хоронила одного ребенка за другим, ей тоже некому было излить душу, она тоже не видела признания и сочувствия от Генриха. Неужели герцогиня тоже плачет ночами в подушку, как и Ева?

Ландшафт горного массива Харц:

harz1.jpg

Матовая поверхность зеркала в спальне все чаще напоминала Еве о ее возрасте. Волосы засеребрились сединой, частые беременности стоили ей нескольких зубов. Однако страсть Генриха к ней не утихала. Вскоре он снова должен появиться и познакомиться с новорожденной дочерью, которую он еще не видел. В последние месяцы он редко появлялся. На рождественской мессе Еве составили общество только двое старших детей.

...Весь день с неба падали тяжелые снежинки. Ева поежилась – щели в витражных окнах сводили на нет тепло пылающего камина. Снаружи послышался скрип открывающихся ворот замка и цокот копыт – во двор въезжали несколько всадников. Тяжелые торопливые шаги на лестнице - и перед Евой стоял Генрих. Она уже хотела было упрекнуть его в редких визитах, высказать свое недовольство, сказать, что жизнь ее невыносима. Но, видя выражение его лица, она медлила. Генрих выглядел изможденным и озабоченным. «На прошлой неделе умерла моя жена», - произнес он коротко. На мгновение Еву охватила слабая надежда....Сейчас...сейчас он ей предложит.....Но он лишь тяжело вздохнул и устало опустился на деревянную скамью. «Тебе нельзя здесь оставаться. Кругом идет война. Войска Шмалькальденской лиги (=лютеране) идут войной на меня. У меня недостаточно сил противостоять им. Города Брауншвайг и Гослар тоже против меня. Все думают, что ты жива. Твои родственники поручили Филиппу Гессенскому (=главе Шмалькальденской лиги) найти тебя. Я перевезу тебя с детьми в безопасное место.»

Генрих доставил Еву с четырьмя детьми в Шёнинген. Двое детей, Ева и Айтель Генрих были посланы с нянькой в Хильдесхайм, но по пути попали в руки Филиппа Гессенского. Тот отправил детей в свой замок. Дети впервые попали в общество такого количества людей и с широко раскрытыми глазами наблюдали за всем происходящим в гессенском замке. На следующем Райхстаге (=государственном собрании) дети служили доказательством двойной жизни Генриха.

Замок Шёнинген - одно из пристанищ Евы фон Тротт:

sachoeningen.jpg

В Шёнингене Ева в стретила старшего сына, который уже несколько лет воспитывался там вместе с законными сыновьями Генриха.

Ева осознавала, что она уже стала легендой. Везде судачили о ней. Это была смесь слухов, фатазии и предположений. Также едкие памфлеты Лютера сделали свое дело. Герцогиня Мария умерла, так и не успев добиться раскопок «могилы» Евы. Это сделал Филипп Гессенский, предводитель Шмалькальденской лиги. Он нашел «хоронивших» Еву монахов-францисканцев, которые тем временем разбежались кто куда от войны, и выпытал у них местонахождение «могилы» Евы. Подняли могильную плиту – гроба там не оказалось. В августе 1542 года был объявлен розыск Евы фон Тротт с целью ее ареста. Но место пребывания ее с детьми оставалось неизвестным. На несколько лет ее следы затерялись где-то в Альтмарке.

Герцог Генрих провел эти годы, командуя войсками католического императора Карла V. На Райхстаге в Шпейре в апреле 1547 он увидел своих детей, похищенных Филиппом Гессенским. На этом Райхстаге лютеранские князья зачитали целый список грехов Генриха, но вердикт не успели вынести – кругом шла война. Генрих твердо решил с помощью наемников отбить у армии лютеранских князей  свой Вольфенбюттель, но попал к ним в плен в Гессен, где и провел с (законными) сыновьями два года. Лишь выигранная императором Карлом битва при Мюльберге снова принесла Генриху свободу, и он вернулся в Вольфенбюттель. Но обратить свои города Брауншвайг и Гослар снова в католичество ему уже не удалось.

Город Брауншвайг:

Braun_Braunschweig_UdBHD.jpg

Вынырнула из небытия и Ева с тремя детьми (маленькая Катарина не вынесла тягот скитаний последних лет и умерла). Теперь она открыто жила в Либенбурге под именем «фон Кирхберг» и воспитывала младших детей. Вскоре Ева снова оказалась в «интересном положении» и разрешилась сыном, которого назвали Генрих Карл (Heinrich Karl)...Герцог по-прежнему заботился о своей второй семье. Старшие сыновья Евы были пристроены вместе с законными сыновьями Генриха учиться военному делу при разных дворах. Старшая дочь Бранзифра вышла замуж за капитана Кристиана фон Яновитца – он был один из немногих хранивших верность Генриху в последние неспокойные годы. Овдовев, Бранзифра вышла замуж во второй раз – за Юргена фон Бойгетина. Детей у нее не было. Вторая дочь Сидония вышла замуж за Кристофа фон Веферлинга из Ватцума и имела многочисленное потомство. Сыновья Евы остались неженатыми. Младший Генрих Карл посвятил себя церкви. Всего Ева фон Тротт родила герцогу десять детей. О ее потомках, доживших до нашего времени, неизвестно.

Как гром среди ясного неба прозвучала для Евы новость, что 67-летний Генрих в 1556 году вступил в брак с 34-летней польской принцессой Софией из династии Ягеллонов. А ведь Ева в душе надеялась, что после всех жизненных испытаний, которые выпали на ее долю по вине Генриха, она заслужила право стать герцогиней и войти законной хозяйкой в его родовой замок. Но увы...Она была недостаточно высокого происхождения для него, не ровня ему...Все его клятвы о любви оказались пустыми словами.

София (1522–1575) - дочь польского короля Сигизмунда, вторая жена герцога Генриха. Изображение на могильной плите:

Sofie_1522_1575.JPG

Хотя Генрих никогда не говорил с ней об этом, Ева понимала, что после гибели двух старших принцев в битве при Зиверсхаузене у Генриха оставался один-единственный законный сын – Юлиус, которому отец когда-то из-за его инвалидности прочил церковную карьеру. И этот Юлиус был лютеранином. Без сомнения - в первый же день своего правления он примкнет к лютеранам и все герцогство конвертирует в лютеранство. Поэтому пожилой Генрих надеялся, что новая жена родит ему еще сыновей. Но его второй брак оказался бездетным.

Герцог, как и обещал, продолжал заботиться о Еве и детях. К ним регулярно приходил курьер от герцога и приносил деньги. Больше с Евой герцог не виделся.

Одиночество стало под старость невыносимым для Евы. Последние 11 лет жизни она прожила с незамужней дочерью Евой в маленьком домике в Хильдесхайме. Сыновья Генрих Тойерданк и Айтель Генрих управляли поместьем Кирхберг. Нет подтверждений, что мать в зрелые годы имела контакт с сыновьями.

Младшая дочь была единственной из переживших мать детей, кто провожал Еву в последний путь 12 января 1567 года. Она умерла в возрасте 61 года. Могила Евы фон Тротт неизвестна.

Изображение герцога Генриха на могильной плите:

Heinrich_grab.JPG

Через год после Евы скончался и старый Генрих в возрасте 79 лет. Его преемником стал его единственный выживший сын Юлиус (от брака с Марией Вюртембергской). Герцог Юлиус (первый лютеранин из герцогов Брауншвайг-Вольфенбюттельских) был одним из самых значимых фигур в новой истории Германии. У него искали поддержки правители-современники. Образованный, умный, дальновидный, разумно бережливый, он поощрял развитие науки и образования и поднял экономику герцогства на небывалую ранее высоту. Имел многочисленное потомство. Одна из его прямых потомков - Элизабет Кристина Брауншвайг-Вольфенбюттельская (1715-1797), несчастливая супруга Фридриха Великого.

Вдова Генриха София после его смерти перешла в лютеранство. Это исключительный и единственный случай в истории, когда польская принцесса перешла в лютеранство.

П.С. История Евы фон Тротт не выдумана. Она не содержит мораль и назидание для современных людей. Она показывает, что во все времена власть, обольщение и преданность могли повернуть жизнь человека в неожиданное или даже трагическое русло. И что реальная жизнь выдает нам истории не хуже выдуманных романов.

Источник: сборник "Женщины Вельфов", авторы Анита Рёриг и Элизабет Е.Кван
Все мои статьи здесь.

Featured Posts from This Journal


бедная женщина..

Спасибо)) Как всегда, читать вас захватывающе интересно)

Спасибо. Было очень интересно !

Правильно я понимаю, что Либенбург - это Liebenburg с корнем "lieben"?


Спасибо! Очень люблю ваши статьи. Прочитала почти все:) - и соскучилась, что нет новых. А тут раз - и есть.

История пишет сюжеты похлеще романистов.
спасибо за интересный пост.

Спасибо за еще одну захватывающую и в то же время грустную историю!

Очень интересно вас читать.


Очень интересная и печальная история, спасибо.

Благодарю за интересную и увлекательную историю.

Ева фон Тротт. Дважды погребенная.

Пользователь cool_skarlet сослался на вашу запись в своей записи «Ева фон Тротт. Дважды погребенная.» в контексте: [...] Оригинал взят у в Ева фон Тротт. Дважды погребенная. [...]

«Княгиня реформации»

Пользователь npl_22 сослался на вашу запись в своей записи ««Княгиня реформации»» в контексте: [...] Генриха герцога Брауншвайг-Вольфенбюттельского, которого мы знаем по истории про Еву фон Тротт. [...]

«Княгиня реформации»

Пользователь npl_22 сослался на вашу запись в своей записи ««Княгиня реформации»» в контексте: [...] юттельскому (единственному выжившему законному сыну герцога Генриха из топика про Еву фон Тротт [...]

«Княгиня реформации»

Пользователь npl_22 сослался на вашу запись в своей записи ««Княгиня реформации»» в контексте: [...] Эта история, как и история про Еву фон Тротт [...]

«Княгиня реформации»

Пользователь ptiza_v_kletke сослался на вашу запись в своей записи ««Княгиня реформации»» в контексте: [...] Генриха герцога Брауншвайг-Вольфенбюттельского, которого мы знаем по истории про Еву фон Тротт. [...]